GUITARBLOG.RU

Гитарно-музыкальный исторический журнал

Сайту Guitarblog.ru исполнилось ровно три года

Larry Fishman

 

 

Случайный Бизнес

 

 

 

 

 

KVR Audio

Апрель 2014

Перевод с английского

 

 

 

 

До некоторого времени (1993 года) Ларри Фишман, основатель Fishman Transducers, в основном оставался в тени. Будучи основным OEM-производителем звукоснимателей для акустических гитар Martin и Guild, а также других брэндов, Ларри создал успешную компанию почти случайно. Недавно компания Fishman Transducers выпустили целый ряд моделей, призванных расширить сферу её деятельности и дополнить уже имеющуюся линейку продукции.

 

Среди новинок - серия педалей эффектов Aura и беспроводной MIDI-контроллер Fishman TriplePlay. Оба устройства в значительной степени используют компьютер. Aura Spectrum DI имеет USB-разъем, через который передается звук, и позволяет пользователю получить доступ к дополнительным акустическим образам Aura. TriplePlay поставляется с приложением для звукозаписи и набором плагинов, которые образуют готовую систему гитарного синтеза.

 

Как и многие в нашей индустрии, Ларри начинал свою карьеру как музыкант, но когда произошел поворот судьбы, Ларри был достаточно умён, чтобы осознать открывшиеся возможности, и достаточно трудолюбив, чтобы продолжать создавать то, чем Fishman Transducers является сегодня - процветающую компанию, производящую продукцию, которую он до сих пор использует сам.

Вы контрабасист...

 

Ага, так и есть. Я представитель стиля бибоп, раннего бибопа школы Рэя Брауна, Рона Картера. Я учился у Мирослава Витуша, когда он жил в Бостоне.

 

Кристиан МакБрайд - басист, который мне нравится сейчас. Он просто охренительно великолепен.

 

Вы учились у Мирослава Витуша?

 

Ага, он сотрудничал с Консерваторией Новой Англии, а я учился в музыкальном колледже Беркли. Он не должен был преподавать на стороне, но мы все равно этим занимались. Это было здорово.

 

Как возникла компания Fishman Transducers?

 

Я играл в Кембридже (штат Массачусетс), в небольшом клубе с гитаристом в группе. К нам присоединился пианист и принёс Fender Rhodes. Группа становилась всё громче и громче, и они сказали: "Тебе придётся играть чётче, потому что мы тебя не слышим". Тогда я скупил все контрабасовые звукосниматели, какие только смог найти, и все они были отстойными.

 

Как Мирослав Витуш подзвучивал свой контрабас в Weather Report?

 

Он, кажется, использовал контактные датчики от одного парня из Нью-Йорка. Это работало, но продолжалось дней пять, не больше.

 

Что с ним было не так?

 

Они были просто ужасно сконструированы. Они были сделаны из деталей старых телефонов, засунутых в маленький корпус. Вы надевали большую резинку на брюхо контрабаса, чтобы удержать их на месте. И я подумал: "Я должен сделать что-то получше".

 

Был ли у вас опыт работы с электроникой?

 

У меня диплом инженера-механика. Электронике я научился самостоятельно, и во многом обязан Крейгу Андертону. Рядом с домом, где я жил, был небольшой музыкальный магазин. Его владельцем был другой басист по имени Хэнк Пелоси. Он любил играть в гольф по средам, поэтому спросил меня, не присмотрю ли я за магазином. Никто никогда не заходил, так что мне нечем было заняться, а на полке лежала книга Крейга под названием "Электронные проекты для музыкантов". Я прочитал её от корки до корки и начал покупать детали.

Я получил свои первые материалы для изготовления пьезозвукоснимателей от парня по имени Чак Роджерс, который был упомянут в примечаниях в конце книги Крейга. Среди прочего, он публиковал статьи о том, как строить осцилляторы для синтезаторов. Как оказалось, он вёл дела из своего дома, который находился менее чем в миле от меня, поэтому я познакомился с ним. Однажды он бросил мне пачку пьезо-дисков и сказал: "Ты когда-нибудь возился с этим материалом? Ты можешь что-нибудь с этим сделать".

 

И вот вы установили их на свой контрабас.

 

Я пытался. Я разработал свой первый звукосниматель для контрабаса и тестировал его на своих концертах каждое воскресенье, в течение примерно четырёх месяцев, находясь на одном и том же месте, в одном и том же помещении, с одной и той же дерьмовой акустикой. Это сводило группу с ума. "Хорошо ли это звучит? Лучше, чем версия прошлой недели?" И через некоторое время он начал звучать достаточно неплохо, и тогда все контрабасисты в городе захотели его.

 

Как вы перешли от продаж местным басистам к продажам на глобальном уровне?

 

Я сломал палец. В 1973 году я делал мебель, и кусок клёна вылетел из циркулярки и сломал мне палец, так что некоторое время я не мог играть. Мой инструмент нуждался в ремонте, поэтому я отнёс его местному мастеру по ремонту контрабасов, он позвонил мне и спросил: "Какой у тебя звукосниматель? Он звучит отлично". Он сказал: "Я могу их продавать. Может, сделаешь еще?" Я ответил: "Давай, мне всё равно больше нечем заняться. Я не могу играть". Я сделал дюжину, и он продал их за пару недель.

 

Мой дядя был профессиональным пиарщиком. Однажды мы с ним ужинали, и он спросил: "Что у тебя с этим бизнесом?" Он убедил меня, что я должен продавать свои звукосниматели по почте. Мы провели небольшое исследование и выяснили, что в Нью-Йорке есть профсоюзный журнал под названием International Musicians. И мы дали объявление, которое гласило: "Устаревшие: Все другие басовые звукосниматели до появления этого". И там было место для адреса читателя и галочка, которая гласила: "Окей, Fishman, вы меня убедили. Вот мой чек на 125 долларов". Я открыл абонентский ящик, а потом почти забыл о нём. Я заглянул туда три недели спустя, и он был просто забит.

 

Это замечательная история...

 

Невероятно, правда? Так что я начал производить много контрабасовых звукоснимателей. Потом пошло-поехало, и мне позвонили из Guild Guitars в Род-Айленде и спросили, делаю ли я что-нибудь для акустических гитар. Я ответил: "Не особо, но я попробую". Они сделали заказ на 500 штук, и я начал травить печатные платы в своей прачечной в подвале.

Через год мне позвонили из Martin Guitars. У них были проблемы с качеством у их поставщика, и они не могли наладить поставки. Тогда я придумал другую конструкцию, которую они взяли с собой на летнюю выставку NAMM. Они вернулись и сказали: "Это был успех. Можете ли вы поставить 10 000 в течение следующего года?". И мы с женой арендовали помещение в полторы тысячи квадратных метров, которое в то время казалось огромным. Мы наняли кучу моих приятелей-музыкантов, которым нужны были деньги, и начали их зарабатывать. Одним из наших первых сотрудников был Ривз Гэбрельс, который впоследствии играл на гитаре у Дэвида Боуи.

 

Давайте поговорим о TriplePlay. Как вы познакомились с (разработчиком) Андрашем Салаем?

 

Я знал его через Джона Маклафлина, для которого я сделал звукосниматель еще тогда, когда он использовал гитарный контроллер синтезатора Photon. В течение многих лет я работал над многими инструментами Джона. Андраш разработал гитарный синтезатор под названием Axon, и Джон хотел использовать его. Так что мы держались на связи.

 

С конца девяностых?

 

Да. Это было примерно в то время, когда Джон работал с Трилоком Гурту и много играл на MIDI-гитаре.

Андраш разработал Aura?

 

Несколько лет спустя после нашего знакомства мы (Fishman Transducers) разработали концепцию Aura и получили на неё патент, и вдруг мне звонит Андраш и говорит: "Ларри, это Андраш. Я работаю над кое-чем в Akai и только что увидел твой патент".

 

Я встретился с президентом Akai, и мы решили, что, поскольку у меня уже были патенты, но я не справлялся с аппаратным обеспечением, испытывал проблемы с компьютером, временем автономной работы и прочим, мы должны сделать совместный проект под маркой Fishman. Когда фирма Akai была куплена [производителем DJ-оборудования Numark - прим. переводчика], Андраш перешёл к нам на полную ставку, чтобы работать над нашими цифровыми устройствами.

 

Как началась разработка TriplePlay?

 

Однажды Андраш позвонил мне и сказал: "Ларри, ты знаешь, я бы хотел сделать еще один гитарный синтезаторный контроллер, и я думаю, что смогу заставить его работать на Analog Devices (ADI) Blackfin, потому что он в 100 раз быстрее, чем транспьютер, на котором работал Axon". Я ответил: "Андраш, меня не очень интересует рынок MIDI-гитар. Это так заезжено". Но он был убедителен, и я согласился финансировать его какое-то время.

 

Примерно через год он действительно хорошо работал, и однажды мы сидели и обсуждали это, и нам пришло в голову, что мы могли бы сделать это беспроводным способом. Потому что пакет данных MIDI очень мал по сравнению с аудио. И это было то, что нужно. Как только мы это поняли, мы выяснили, как заставить работать его по воздуху. Он был разработан как аппаратный контроллер, и мы думали, что пользователь будет подключать его к задней панели синтезатора.

 

Однако мы поняли, что не сможем его продавать. В наши дни MIDI-рэки не продаются. Но это было лучшее, что когда-либо случалось, потому что именно это привело нас к компьютеру.

 

Потребовался год на разработку аппаратного и программного обеспечения, приложения, прежде чем мы, наконец, запустили его в производство. Нам пришлось сделать двустороннюю связь между компьютером и энкодером, потому что вы можете изменять параметры с помощью кнопок на энкодере и меню с прокруткой. Но если вы работаете в студии, вы можете делать это лишь с помощью мыши, и они всегда должны были синхронизироваться и обновляться. Это была большая проблема - заставить всё это работать.

 

Вот такие у нас отношения с Андрашем. Он работает над очень интересными, новыми вещами для нас.

Из всех разработок, которые вы сделали за эти годы, какая ваша любимая и почему?

 

Сейчас это выбор между Aura и TriplePlay, потому что они оба являются лидерами в своих категориях. Я в восторге от Aura, потому что я занимаюсь производством звукоснимателей уже тридцать лет. Я мог делать вещи немного темнее и немного ярче. Они работали очень хорошо, но не хватало пространственности. Звук акустики на самом деле развивается примерно в полуметре от гитары. Резонаторное отверстие начинает нагнетать, верхняя дека излучает. И я всегда хотел запечатлеть этот звук микрофоном. И я потратил на это три с половиной года, прежде чем это действительно получилось. Так что это было очень здорово. Мы продали сотни тысяч таких устройств, как в виде отдельной примочки, так и встроенных в гитару, так что это было очень здорово.

 

Для меня TriplePlay - это, наконец, гитарная MIDI-система, которая работает действительно хорошо, работает с меньшей задержкой, чем что-либо ещё на рынке. К тому же, цена на неё в разы ниже, чем на другие системы. Она неброская. Она лёгкая. Она беспроводная.

 

А покупатель, которого я хочу привлечь, похож на моего сына. Он играет на гитаре и ударных и начал возиться с лупами и создавать музыку. И ему пришлось купить клавиатуру, чтобы вводить материал. И он сказал: "Папа, я хочу делать это со своей гитарой". А я сказал: "Roland стоит дорого, кабели и прочее, и прочее".

 

Итак, я хочу, чтобы молодой гитарист, который купил гитару и усилитель, поигрался с ними несколько недель, а потом ему стало скучно, и он засунул ее под кровать. Я хочу, чтобы этот ребёнок взял гитару, и играл на ней со своим ноутбуком или iPad. Я думаю, что это огромный рынок. Мы делали TriplePay на iOS World в прошлом году. Мы были нарасхват.

 

Итак, ваша первая инновация была вызвана личными потребностями. Вторая - я имею в виду Aura - как бы развивалась сама по себе, а третья...

 

За это время мы действительно выросли, как компания, весь бизнес акустических, американских электроакустических гитар. Первые двенадцать лет мы были единственным поставщиком.

 

Martin, Gibson, Guild, Laravee - поначалу все они были слишком скупы, чтобы производить собственную электронику. Но все они хотели превзойти Takamine, и мы были единственным поставщиком [Takamine были одними из первых массовых производителей электроакустик с бортовой электроникой – прим. переводчика].

 

Так что, хоть мы и не советуем ломать пальцы, бизнес может начаться самым невероятным образом. Вопрос в том, что делать с судьбой, когда это случается. В случае Ларри это было довольно неожиданно. Звукосниматель TriplePlay можно встретить на гитарах Godin и Fender. Если вы гитарист, обратите внимание на новую линейку звукоснимателей Fluence.