GUITARBLOG.RU

Гитарно-музыкальный исторический журнал

Сайту Guitarblog.ru исполнилось ровно три года

Eddie Van Halen

 

 

Величайший гитарист

в мире или король

хэви-метал гитары?

 

 

 

 

Джон Стикс

Guitar World, январь 1981

перевод с английского

 

 

 

 

От переводчика: Эдди Ван Хален впервые появился в журнале Guitar World в январском выпуске 1981 года, на второй год с основания издания. Надпись на обложке провокационно вопрошала: "Эдди Ван Хален - величайший гитарист в мире?", а заголовок на 35-й странице безапелляционно утверждал: "Эдди Ван Хален - новый король хэви-метал гитары"

Просто дай мне немного этой музыки рок-н-ролла,

Любым способом, который ты выберешь,

В ней есть ритм, его не потерять.

В любое время, когда ты её включишь,

Это должна быть музыка рок-н-ролла,

Если ты хочешь потанцевать со мной.

[слова из песни Rock And Roll Music Чака Берри - прим. переводчика].

 

Чак Берри написал эти слова более 20 лет назад. Эдвард Ван Хален, гитарист группы, носящей его фамилию, не может не согласиться с этим. В свои 24 года он, можно сказать, уважает старших.

 

Вместе с братом Алексом за барабанами, Майклом Энтони на басу и вокалистом Дэвидом Ли Ротом группа Van Halen выдаёт музыку тяжёлого рока, которая родилась в подвале, росла в барах и вырвалась на сцену.

 

Описывая себя как ребёнка, "живущего мечтами о рок-н-ролле", Эдди Ван Хален шёл к этому с четвёртого класса. Он родился в Амстердаме, Голландия, где его отец, профессиональный музыкант, в раннем возрасте приучил обоих братьев к фортепиано.

 

Его музыкальный талант зародился в классике, но дух его принадлежал рок-н-роллу. "Кто хочет сидеть за пианино!" - восклицал он. "Я хочу отрываться. Все меня заводили. Я вырос на ранних Beatles, DC5, Cream, Клэптоне, Пейдже, Беке и Хендриксе".

 

Ему было 10 лет, когда семья переехала в Лос-Анджелес, "Страну Возможностей". После школьных танцев и получения диплома он перебрался в бары и основал группу, которая носит его фамилию.

 

"Мы все были в различных группах в районе Лос-Анджелеса, и когда мы достигли студенческого возраста, все начали разбегаться, желая стать докторами. Мы застряли сами с собой. Не осталось никого, кто был бы увлечён этим".

 

Они играли во всех барах и все старые песни, включая версию "You Really Got Me" группы Kinks, которую Эдди называет "горячей мелодией, которую мы превратили в реактивный самолет". Толпы становились все больше, и Van Halen смогли привлечь 3 000 зрителей на концерт, который они устроили сами.

 

Джин Симмонс из Kiss оплатил их первые демо-записи, а Мо Остин, председатель правления Warner, и Тед Темплмен, вице-президент A&R, застали их выступление в клубе Starwood. На следующий день с ними подписали контракт.

 

Три года назад они играли в барах, а сегодня выступают на аренах. "Я никогда не думал, что мы так быстро окажемся там, где мы сейчас, - размышляет Эдди.

 

Эдди Ван Хален - не высокомерный, наглый или хмурый парень, каким я его себе представлял. На самом деле у него такая улыбка, с которой можно рекламировать прохладительные напитки по телевизору. И он прекрасно ей пользуется. Потому что Эдди Ван Хален – открытый и доброжелательный человек.

 

Объяснение простое. "Всё, чем я занимался, я делал потому, что хотел это делать", - говорит он без высокомерия. "Если бы я не играл на этой арене, если бы я играл в клубе, я бы всё равно продолжал заниматься этим, потому что это то, чем я хочу заниматься. Я люблю играть на гитаре".

 

Ван Хален не просто играет на гитарах, он их конструирует. На самом деле, когда мы встретились для интервью, он был окружён гитарными запчастями, готовясь собрать инструменты для выступления всего через пару часов. По мере того как звукосниматели, струнодержатели, грифы и струны собирались в единое целое, я начал видеть портрет молодого гитариста, чей успех в высоковольтном роке оставил его дух непокобелимым, а ноги - твёрдо стоящими на земле.

 

По сути, Эдди Ван Хален движется на повышенных оборотах, в то время как изображения в его зеркале заднего вида остаются чёткими. "Я не рок-звезда. Конечно, я ей являюсь, в какой-то степени из-за ситуации, но когда молодёжь спрашивают меня, каково это - быть рок-звездой, я отвечаю: оставьте меня в покое, я не рок-звезда. Я занимаюсь этим не ради славы, а потому что мне нравится играть на гитаре".

Вы были настолько же хорошим пианистом, как и гитаристом?

 

Я четыре года подряд получал первый приз в городской колледже Лонг-Бич в своей категории. Фортепиано - универсальный инструмент. Если вы начнёте с него, выучите теорию и научитесь играть с листа, вы сможете освоить любой другой инструмент.

 

Похоже, у вас была прочная основа основ.

 

Ну, я не очень хорошо читаю с листа. Я мог бы читать и запоминать. Единственное, что у меня есть - это хороший слух. Я не имею в виду стопроцентный музыкальный слух, но у меня достаточно хороший слух, чтобы улавливать вещи. Я развил свой слух с помощью фортепианной теории, но я никогда в жизни не брал уроков игры на гитаре, разве что у Эрика Клэптона с пластинок.

 

Есть ли у вас способность придумать что-то и тут же это сыграть?

 

Не автоматически и не идеально, но в том-то и дело, что я не думаю, когда играю. Это спонтанно, это чувство. Это не рассчитано и не продумано заранее. Вот почему вы можете сказать, что я играю от балды.

 

Когда я учился в младших классах колледжа в Пасадене, я посещал занятия по партитуре и аранжировке у доктора Фишера. Фрэнк Заппа также был его учеником. Доктор Фишер был очень авангардным, и единственное, чему он меня научил, - это наплевать на правила. Если это звучит хорошо, значит, это хорошо.

Я так понимаю, вы довольно легко освоили гитару?

 

Не хочу показаться самоуверенным, но у меня это было от природы. Мой отец всю жизнь был профессиональным музыкантом, и он сказал: "Парень, у тебя это есть". У кого-то это есть, а у кого-то нет. Даже те, у кого этого нет, могут практиковаться достаточно долго, чтобы довести дело до совершенства.

 

Но всегда есть разница между человеком, у которого есть чувство, и тем, у кого его нет. Разница заключается в количестве эмоций, выраженных в вашей игре. Я слушал Дебюсси в исполнении двух разных пианистов, и это было как день и ночь. У одного было чувство, и каждая нота была прекрасна. У другого были свинцовые пальцы.

 

Прошли ли вы через период подражания, прежде чем наступили дни вашего собственного изобретательства?

 

Определённо, и это был Клэптон. Я знал каждую ноту, которую он играл. Это то, чем я был известен на районе. Я, Алекс и ещё один басист называли себя Mammoth, и мы были младшими Cream". [Незадолго до выхода на сцену Эдди сыграл для меня соло из Crossroads Клэптона, назвав её "одной из лучших песен, записанных живьём"].

"Забавно: когда я даю интервью и говорю людям, что Клэптон был моим главным влиянием, они спрашивают: "Кто?" Потому что они думают о Клэптоне, исполняющем Lay Down Sally, а не о Bluesbreakers или Cream.

 

Ваш нынешний формат трио с вокалистом не сильно отличается от Cream. Вы когда-нибудь думали о работе с ещё одним гитаристом?

 

Я никогда не играл с другим гитаристом, потому что я достаточно хорошо звучу сам по себе. Что мне нравилось в Cream, так это то, что каждый должен был выкладываться. Это были три человека, которые создавали весь этот шум, и ты мог слышать каждого.

 

"Ощущения от Allman Brothers - это то, что мне никогда не нравилось. Дуэйн был отличным слайд-гитаристом, но мне никогда не нравился Дики Беттс. На мой вкус, их музыка слишком загромождена".

 

Я уверен, что во времена Клэптона вы интенсивно занимались на инструменте. Вы по-прежнему так же усердно работаете над совершенствованием своей игры?

 

Да, но я не называю это практикой. Это прозвучит для вас очень смешно, но мы гастролируем восемь недель, а потом берём восемь дней отпуска. Когда я оказываюсь дома во время перерыва, я запираюсь в своей комнате и играю на гитаре.

 

Через два-три часа я начинаю погружаться в полную медитацию. Это чувство испытывают немногие, и обычно именно тогда я придумываю необычные вещи. Это просто течёт. Я не могу заставить себя. Я не сажусь и не говорю, что мне нужно позаниматься.

Можете ли вы сказать конкретно, что сегодня вы играете лучше, чем, скажем, во время выхода первого альбома?

 

Я не считаю себя лучшим гитаристом. Я считаю себя другим. С теми техническими возможностями, которые у меня есть, я могу играть практически так быстро, как мне хотелось бы. Если играть быстрее на той громкости, на которой я играю, у меня будет возникать лишняя грязь. Так что технически нет причин становиться быстрее.

 

Но вы все же достигаете каких-то новых вершин?

 

Конечно, достигаю.

 

Можете ли вы отметить некоторые из них на ваших альбомах?

 

Соло на Cradle Will Rock отличается от других. Один гитарист, которого я уважаю и считаю самым крутым, это Аллан Холдсворт. На "Cradle" я исполняю один короткий приём, который очень спонтанный. Это получилось, потому что я слушал этого парня. На втором альбоме я немного расширил возможности флажолетов.

 

Вы говорите о том, как извлекать искусственные флажолеты, используя правую руку для ударов над ладам?

 

Да. Сначала я просто использовал указательный палец правой руки, чтобы извлекать ноты (можно услышать на Eruption с первого альбома Van Halen). Затем я открыл флажолеты, ударяя над ладом на октаву выше того места, где находится левая рука. Теперь я расширяю это, используя все остальные флажолеты между октавами.

Я также использую технику слэпа, которую перенял у чёрных басистов. Джими Хендрикс повлиял на меня в том, как держать медиатор, когда я играю на флажолетах. Я посмотрел фильм с Хендриксом и узнал, куда девается медиатор, когда он исчезает. Он держит его между суставами среднего пальца. Я тоже держу медиатор необычным образом. Я использую для этого большой и средний пальцы.

 

Одна вещь, которая поражает меня в вашей игре, это то, что среди всех высокоскоростных исполнителей, вы не играете длинных гитарных соло.

 

Я не слышал, чтобы кто-то исполнял интересное длинное гитарное соло, кроме раннего Клэптона. Я исполняю гитарное соло в живом шоу, которое длинное, и некоторые могут подумать, что оно скучное, но я получаю удовольствие. Клэптон был моим любимчиком.

 

С его чувством он брал одну ноту там, где кто-то другой брал двадцать, и его одна нота что-то делала с тобой, в то время как двадцать нот другого человека оставляли тебя без внимания.

 

Я собираюсь обернуть это против вас, указывая на вашу собственную примечательность.

 

Я не Эрик Клэптон. Я могу играть быстро, но есть много других гитаристов, которые играют ещё быстрее, не имея ни малейших чувств. Я думаю, что я быстр, но я думаю, что я сочетаю немного больше чувства и некоторые другие приёмы, чем другие высокоскоростные гитаристы.

 

Задумывались ли вы когда-нибудь о том, что, возможно, сейчас вы являетесь частью гитарного наследия, которое когда-то изучали? Вспоминая таких музыкантов, как Бек, Пейдж, Клэптон и Хендрикс, вы можете быть следующим в очереди на звание гитарного героя.

 

Это очень сложно утверждать. Это все равно, что я скажу вам, что я лучший. Я не могу этого сказать. Это не так. Я не могу сказать, что я повлияю на других, но я знаю, что многие гитаристы сейчас используют правую руку на грифе, те, кто никогда не делал этого раньше.

Хотели бы вы, чтобы о вас думали как о великом гитаристе?

 

Я бы просто хотел бы, чтобы людям нравилось то, что я играю. Я не хочу, чтобы люди говорили: "Ты - номер один". Это дело вкуса. Для меня Аллан Холдсворт - номер один. Другие дети могут слушать его и даже не понимать, что он делает. Люди постарше могут подумать, что я отстой.

 

Хард-рок обычно ассоциируется с более молодой публикой. Я думаю, что это то, через что ты растёшь больше, чем вместе с остальными. Когда я хочу оторваться, я включаю альбомы, которые звучали, когда мне было 15. Это имеет смысл для вас?

 

Да. Возможно, это то, что ты помнишь как хорошие времена. Это может быть потому, что тебе не нравится то, что звучит сейчас. Рок-н-ролл - это для 12-21-летних. Когда люди выходят из этого возраста, у них появляется больше обязанностей. Они больше не покупают пластинки, перестают ходить на концерты, у них появляется работа и многие другие проблемы.

 

А как насчет вашей более спокойной стороны? Бек, Пейдж и Лесли Уэст исполняли произведения на акустической гитаре, которые контрастировали с их обычными стилями.

 

Вы многого еще не слышали. У меня было акустическое вступление к In A Simple Rhyme, но мы не стали его записывать, потому что все сразу бы сказали: "Он косит под Led Zeppelin". Мы сделали Could This Be Magic?", но это шутка.

 

Вы уже начали думать о четвёртом альбоме?

 

У меня куча идей, но мы не знаем, что будем делать, пока не придём в студию. Мы гастролируем в течение десяти месяцев, возвращаемся домой, идём в подвал и превращаем идеи в песни.

 

Мы приглашаем Теда [Темплмана, продюсера], и он выбирает то, что ему нравится. Мы немного спорим, идём на компромисс, и обычно за нами остаётся последнее слово, какой материал пойдёт дальше. Мы проводим неделю репетиций в подвале и сразу же отправляемся в студию.

Похоже, вы любите работать быстро.

 

Для Women and Children First потребовалось четыре дня на музыку и шесть дней на вокал. Dance The Night Away (на альбоме Van Halen II) была сочинена на месте, в студии. Я никогда не играл на слайд-гитаре до Could This Be Magic? У меня было что-то совершенно другое в мыслях для песни, и Тед сказал: "Попробуй сыграть слайдом?". Я сделал это прямо на месте, и на этом всё закончилось.

 

Cradle Will Rock была записана с первого дубля. Многие песни были сделаны с первого дубля. Мы не стремимся к совершенству, мы просто стремимся к духу. Бывают ошибки, но я доволен всем, что есть на наших пластинках. Это не значит, что когда мы исполняем их вживую, мы можем сделать это по-другому.

 

Есть ли у вас предпочтения между живой работой и записью?

 

Выступление, конечно! Я играю для самоудовлетворения, но еще лучше, когда это нравится другим людям.

 

Если вам понравился перевод и вы хотите читать и новые публикации, вы можете поддержать развитие сайта, воспользовавшись формой, расположенной в самом низу страницы (справа).