GUITARBLOG.RU

Гитарно-музыкальный исторический журнал

Если вы хотите поддержать проект, поле для донатов в правом нижнем углу в вашем распоряжении

Ace Frehley

 

 

Интервью с бывшим гитаристом Kiss

 

 

 

 

 

 

Стивен Роузен

Ultimate Guitar, октябрь 2018

перевод с английского

 

 

 

Когда Эйс Фрейли взял трубку телефона для нашего интервью, первое, что он спросил меня: "Где вы находитесь?". "Лорел Каньон", - ответил я ему, и не успел я произнести ни слова, как он сообщил мне, что именно там он микшировал свой новый альбом "Spaceman".

 

Он сказал, что там же он записал единственный инструментал на альбоме, "Quantum Flux". Он потратил несколько минут, рассказывая мне об этой композиции и о том, что фэны всегда жаждут хотя бы одной невокальной вещи на его сольных альбомах.

 

Далее он объяснил, как быстро получилась эта песня - как бы спонтанно, и когда я спросил его, был ли такой же подход у него с Kiss, он начал замечательный диалог о том, каково это - работать со своими бывшими коллегами по группе.

 

"Мне нравится спонтанность, потому что я думаю, что когда вы спонтанно предлагаете идею, гитарную партию или текст, это всегда будет лучше, чем если вы будете тщательно обдумывать это", - сказал Эйс. "Я думаю, когда у тебя появляется импульс, просто следуй ему. Не знаю, помогают ли мне инопланетяне, но иногда, когда я пишу тексты, кажется, что кто-то телепортирует тексты в мою голову, потому что я не могу записать их достаточно быстро, а я не настолько умён. [Смееётся]".

 

То, о чем Эйс рассказал на новом альбоме Spaceman, кажется довольно автобиографичным в таких песнях, как "Rockin' With the Boys" и "Pursuit Of Rock and Roll". Он похвалил Джина Симмонса, который провел несколько часов в студии Фрейли и в итоге стал соавтором и исполнителем басовых партий в двух песнях ["Without You I'm Nothing" и "Your Wish Is My Command"].

 

Здесь Эйс рассказывает о жизни с Kiss, жизни до Kiss и жизни после Kiss.

На ранних записях Kiss вы работали спонтанно?

 

Когда я только присоединился к Kiss, у меня действительно не было никакого студийного опыта, кроме группы, с которой я играл до них, под названием Molimo. Мы записывались в студии RCA, где записывался Синатра, и это был действительно захватывающий опыт работы в той же студии, где Фрэнк Синатра записывал свои альбомы. Мы сделали несколько демо-записей для RCA, но потом они решили не подписывать контракт с группой.

 

Что произошло дальше?

 

В тот момент мы распались, я собрал трио и начал выступать в Катскиллах. Все эти курорты, как в "Грязных танцах". [Смеётся] Надо платить по счетам.

 

В другой жизни, если бы Molimo подписали контракт, и вы начали выпускать с ними пластинки, как вы думаете, вы могли бы никогда не попасть в Kiss?

 

Когда мне было 15-16 лет и я ходил на концерты Led Zeppelin, Хендрикса и The Who, которых я много раз видел вживую, я был в восторге. Но в глубине моей головы всегда звучал голос, который говорил: "Ты можешь сделать это. Ты можешь подняться туда и сделать то же самое. Ты можешь играть на гитаре достаточно хорошо, чтобы сделать это, и у тебя есть характер и внешность".

 

Вы были довольно уверенным в себе молодым гитаристом?

 

В моём сознании это был лишь вопрос времени, когда я добьюсь успеха. Если бы я не попал в Kiss, то попал бы в другую группу.

То есть вы действительно воспринимали себя на сцене как Джимми Пейджа или Пита Таунсенда?

 

На Kiss повлияло всё Британское Вторжение, а также Элис Купер. Я помню, как однажды вечером мы с Полом пошли на концерт Элиса Купера во время тура Billion Dollar Babies, и у нас были очень дерьмовые билеты, потому что мы не могли позволить себе дорогие. В итоге мы пробрались вниз и пошли по проходам, чтобы оказаться ближе к сцене.

 

Это было крутое шоу?

 

Элис был для нас как бог. Мы были хорошими друзьями. Я бухал с Элисом до того, как он завязал. Я один из немногих, кто может это сказать, потому что он трезвенник уже 25 или 30 лет. Мы были очарованы Элисом, но он почти не красился, только вокруг глаз. Когда после этого мы затусили с музыкантами, и мы увидели их и The Who, мы поняли, что хотим быть театрализованной рок-группой.

 

В ранние годы Kiss были своего рода сплавом The Who и Элиса Купера?

 

Наносили грим, но делали шаг вперёд и намного дальше, чем кто-либо до нас. Поэтому практически сразу после того, как мы приняли это решение, мы начали выступать в клубе в Амитивилле, на Лонг-Айленде, под названием The Daisy, и именно там мы отработали наш грим.

 

Это были первые выступления, когда вы начали краситься?

 

Да. Я придумал персонажа спейсмена, Джин - монстра, Пол - звезду, а у Питера был фетиш на кошек, поэтому он стал человеком-кошкой. Остальное - это Kisstory - что я могу вам сказать?

 

Поклонники положительно реагировали на грим во время тех ранних шоу?

 

Те шоу были прикольными. Это был небольшой зал с приличного размера сценой. Нам было очень здорово, и мы очень подружились с владельцем. Его звали Сид, это был парень еврейского происхождения, который был очарован тем, что мы делали. Он не знал, что из этого получится, но я думаю, что он также чувствовал, что мы куда-то продвинемся.

Грим претерпел некоторые изменения?

 

Мы экспериментировали, дорабатывая придуманные нами образы. Следующее, что мы узнали, это то, что мы подписали контракт с Casablanca Records. Я никогда не забуду тот день, когда мы делали фотосессии для обложки нашего первого альбома. Нил Богарт, президент лейбла, позвонил нам и сказал: "Ребята, вы уверены, что хотите накраситься для обложки?". Он подстраховывался.

 

Вы не думали о том, чтобы сфотографироваться без макияжа?

 

Мы были настолько преданы своему имиджу и тому, что мы хотели сделать, что сказали: "Мы абсолютно уверены, что хотим сделать это. Мы сделаем это по-своему". Он согласился, и это оказалось очень выгодным решением для него.

 

Было ли вам здорово впервые оказаться в студии для записи альбома Kiss?

 

Было очень здорово. К сожалению, во время наших первых гастролей я отчетливо помню, что мы были где-то на юге, в Северной Каролине или что-то вроде того, и там был клуб под названием Super Chicken. Это был клуб на 300 или 400 мест с приличного размера сценой. Мы привезли туда свое оборудование, и вокруг нас всегда были здоровенные роуди, которые были как телохранители. Неизменно, иногда мы выступали, и первые три-четыре песни была тишина. Но к концу вечера люди вскакивали на ноги и кричали, что хотят ещё.

 

Даже на ранних этапах грим и шоу в конечном итоге заставили фанатов уверовать в группу?

 

Мы покорили зрителей, потому что, я думаю, преданность и честность того, что мы делали, проявились в течение всего шоу. Мы очень серьёзно относились к своему имиджу и тому, что мы делали. Но в самом начале, с первой парой песен, если бы вы зашли в клуб и не знали, чего ожидать, вы бы сказали: "Господи, кто эти грёбаные чудики?" [Смеётся].

Когда вы начали свою сольную карьеру, унаследовали ли вы с собой то, чему научились в Kiss, например, как записывать гитары и тому подобное?

 

Я многому научился у таких людей, как Эдди Крамер и Боб Эзрин, двух великих продюсеров. Одна из вещей, которую я сделал, но не сделали остальные члены группы, это углубился в технологии, потому что я всегда был очарован ими. Я был первым, у кого появился компьютер Apple, я купил первый графический планшет и обновил память. Я также увлекался графикой и разработал логотип KISS.

 

Вы привнесли более современный подход в запись своих сольных альбомов?

 

Я оставался, когда ребята уходили, сидел с Эдди Крамером полчаса или 45 минут и просил его объяснить, что всё это делает. В те времена у нас были стойки и рэки с оборудованием, и он уделял мне время. Вы когда-нибудь заходили в студию и видели гигантскую консоль шириной три метра со всеми этими свистоперделками?

 

Видел.

 

Он говорил: "Пусть это тебя не пугает. Всё, что тебе нужно сделать, это запомнить одну полосу [один канал], потому что все остальные полосы делают то же самое". Он проходил по полосе и показывал мне, где находятся посылы и эквалайзер. Так я постепенно учился. Когда я играл в Kiss, каждый раз, когда я переезжал в новый дом, я строил восьмидорожечную студию, покупал всякие примочки и экспериментировал с гитарными звуками.

Вы часто сидели с Джином и Полом и обсуждали попытки получить новые гитарные звуки?

 

Пол и Джин на самом деле этим не занимались. Они просто делали это в студии и предоставляли другим людям разбираться в этом. Но у Эдди Крамера я научился всем этим навыкам работы с микрофоном, которые использую и по сей день, потому что он был в этом волшебником.

 

Он работал с Хендриксом и Led Zeppelin и знал кое-что о гитарных звуках [вы можете найти больше материала об Эдди Крамере тут - прим переводчика].

 

Я никогда не забуду тот день, когда Боб Эзрин сказал мне: "Расстрой немного свою гитару". Пол записывал ритм-партию, а Боб хотел, чтобы я её удвоил, и он сказал: "Чуть-чуть расстрой гитару", и так вы получаете эффект хоруса и флэнджера, чтобы сделать звук гитар более плотным. При цифровой записи есть плагины, которые понижают высоту тона на один-два процента, когда вы удваиваете дорожку, и, по сути, это та же идея, но гораздо проще сделать это в цифровом виде.

 

Но это никогда не звучит так круто, как если бы вы действительно играли на второй гитаре, слегка расстроенной.

 

Я помню, как Эдди Крамер показал мне, как делать флэнджинг. Они открыли флэнджинг совершенно случайно. Когда вы замедляете вращение бобины рукой, вы заставляете материал рассинхронизироваться с дорожкой, и получается эффект флэнджинга. Как и многие великие изобретения, флэнджинг был открыт случайно, когда двигатель на [магнитофоне] замедлился, потому что перегорел. Если вы возьмёте плёнку, придержите её и сделаете её немного медленнее, чем другая дорожка, на которую вы пытаетесь записаться, вы получите эффект флэнджинга.

Для вас это всегда было важно - учиться и слушать?

 

Это удивительно, потому что я был там с самого начала процесса записи. Я не зашёл так далеко, как Beatles, которые записали "Сержанта Пеппера" на четырёхдорожечном аппарате, что для меня просто умопомрачительно. Но я попал в процесс записи, когда мы использовали 16- и 24-дорожечные аппараты, и я научился многим трюкам у Эдди Крамера, Боба Эзрина и других инженеров, с которыми я работал. У каждого были свои маленькие хитрости, и они делились ими со мной.

 

Некоторое время назад я разговаривал с барабанщиком группы Элиса Купера Нилом Смитом, и у него не было никаких особых впечатлений о Бобе Эзрине, который продюсировал все эти замечательные записи Элиса.

 

Он приходил ко мне домой, чтобы поджемовать со мной и пострелять на заднем дворе. Я продал ему автомат "Томми-ган" 45-го калибра, как в фильме "Неприкасаемые", с круглым магазином? У меня был такой, ему он понравился, и я сказал: "Хочешь купить?".

 

Когда вы слушаете записи Kiss, слышите ли вы, как с годами улучшается звучание вашей гитары?

 

Думаю, да. Много раз я хотел получить естественную атмосферу, поэтому я ставил усилитель в комнате и получал звук, отражающийся от стен, вместо того, чтобы использовать ревербератор. На самом деле, я даже не должен так говорить, потому что тогда еще не было цифровой реверберации. Вы думаете о записи Роберта Палмера "Addicted to Love"? Вспомните этот классный звук малого барабана. Они получили этот звук, пропуская его через коридор, и перезаписывая его, а и затем давили гейтом, чтобы он не был таким долгим, но это была естественная реверберация. Ничто так не звучит.

Для вас главной гитарой всегда был Les Paul?

 

Я должен быть честен с вами - на всех записях Kiss звучали гитары Fender. Один из трюков, который я использовал: я записывал ритм-партию на Лесполе, а потом дублировал её на Страте или Телеке. Я разбавлял его. Вы должны понимать, что Strat имеет другой диапазон обертонов, чем Les Paul, но когда вы смешиваете их вместе, вы получаете более плотный звук. Я делал это всегда.

 

Какие еще гитарные хитрости вы использовали в Kiss?

 

Еще один трюк, которому я научился у Пита Таунсенда: если вы послушаете старые записи Who, он записывает электрогитару и часто дублирует ее акустической. Акустика звучит тише электрогитары, но она там есть. Я делал подобное, и когда вы записываете трек на акустике под электрогитару, иногда вы не слышите этого, но когда вы добавляете её и убираете, вы слышите разницу".

 

[Примечание: В этот день у Эйса были другие интервью, и когда ему сообщили, что у него есть время еще на один вопрос, он сказал: "Мне так нравится. Вы можете задать ещё три или четыре. Давайте"].

Давайте перейдем к записи Spaceman. Джин Симмонс играет на басу в нескольких песнях. Вы всегда обращаетесь к Джину и Полу, но они никогда не обращаются к вам.

 

В этой ситуации мне пригодилась бы любая помощь. То, что они откликнулись, достойно восхищения. Джин приехал, и мы сделали две песни за три или четыре часа.

 

Было ли это похоже на то, как будто снова вернулись времена Kiss?

 

Да. Всякий раз, когда я нахожусь рядом с этими ребятами, я чувствую себя как в старые добрые времена. У нас так много совместной истории, и все негативные вещи практически забыты. Я позволил этому отступить. Когда я стал трезвенником, мой куратор сказал мне, что ты должен отпустить все обиды, если хочешь оставаться трезвым".

 

Одно дело - хотеть этого, и совсем другое - жить так на самом деле.

 

Я простил им все неприятные вещи, которые происходили на протяжении многих лет, потому что это снижало мою работоспособность.

 

Вы, должно быть, какой-то особенный человек, потому что они говорили о вас ужасные вещи.

 

Теперь они выглядят идиотами, потому что говорили такие вещи, как "я не могу работать и на меня нельзя положиться". Я не пью уже 12 лет, и очевидно, что они ошибались. Но опять же, я принимал наркотики и пил, когда они так поступали. Я даже не думаю о таких вещах. Я из тех людей, которые сосредоточены на сегодняшнем дне и смотрят в будущее, и я никогда не зацикливаюсь на том, что случилось в прошлом.

 

Удивительно, как вы изменили свою жизнь.

 

Я прощаю людей, которые говорили обо мне что-то негативное, потому что в наши дни я могу их переубедить. Давайте посмотрим правде в глаза, полгода назад, когда Пола спрашивали: "Будет ли Эйс участвовать в прощальном туре?", он отвечал: "Абсолютно нет" [прощальный тур Kiss “End Of The Road” стартовал в конце января 2019, но из за переносов вызванных всемирным ковидобесием, продолжается и по сей день - прим. переводчика].

 

Что бы сказал Пол сегодня?

 

А вот неделю назад, когда ему задали тот же вопрос, он ответил: "Я бы не исключал этого".

 

Невероятно. Они были бы невероятно глупы, если бы не провели с вами прощальный тур.

 

Так что это большая перемена.

 

Огромные перемены.

 

Посмотрим, что будет дальше. У меня хорошее предчувствие относительно будущего, и я могу все предвидеть. Я всегда обладал способностью предвидения. У меня бывают проблески будущего на три секунды, и обычно, когда я вижу эти проблески, они случаются и сбываются.

 

Мне бы хотелось, чтобы у нас было немного больше времени, чтобы поговорить о прошлом, но спасибо.

 

Спасибо. Мы пройдемся по волнам моей памяти в следующий раз. Хорошего дня.